Бура Барнаков

Бура Барнаков (1884—1966) — улигершин, бурятский сказитель улигеров.

Бура Варнаков родился в 1882 году в урочище Терни, недалеко от села Харбатово Качугского района Иркутской области, в семье крестьянина. Его предки были скотоводами, охотничьим промыслом (сезонные облавные охоты) занимались как побочным. Они также занимались земледелием: хозяйство было преимущественно натуральным.

Бура Варнаков жил среди знатоков улигеров. Его отец хорошо знал улигеры и передал их своему сыну. Впервые о Барнакове как о сказителе узнал известный собиратель устного народного творчества бурят С. П. Балдаев. Будучи в командировке в Качугском районе, он заехал в улус Токто (на границе Качугского и Баяндаевского районов). Это было в 1960 году. Никто не знал, что Бура Барнаков сказитель.

С 30-х годов он перестал исполнять улигеры, так как молодежь перестала его слушать, да и многие считали, что исполнение улигеров — дело не стоящее, даже чуть ли не реакционное, уводящее в старый, патриархальный мир. И только благодаря настойчивости и умелому подходу С. П. Балдаева к Барнакову он «раскрылся», то есть сознался, что знает улигеры.

Открытие этого последнего из могикан — бурятских сказителей — обрадовало ученых. В 1962 году собиратель и исследователь бурятского фольклора Михаил Хомонов поехал к нему в Баяндаевский район, где Барнаков жил в то время. Хомонову удалось записать три улигера, а в следующую поездку, в 1963 году, — еще три. Таким образом, за две поездки к сказителю Барнакову Хомоновым было записано шесть улигеров (средней длины): «Нарин Хузун Гулдумэй» («Тонкошеий Гулдумэй»), «Гургулдай», «Найтал Мэргэн», «Тоолен», «Эрбел Мэргэн», «Три дочери Урбона».

Бура Барнаков знал восемь улигеров, из которых два — «Хурин Тайша» и «Лучший из мужей Тад Мэргэн» — он забыл, и поэтому записать их не удалось. В общей же сложности все записанные нами улигеры составляют 10 000 стихотворных строк. Эти записи представляют ценный материал: записан живой голос исполнителя улигеров, который не говорил, а пел, как пели прежние сказители. Таким образом, мы имеем образец традиционного исполнения улигеров.

Бура Барнаков до старости сохранил ясную память: он знал свою родословную до тринадцатого колена. Он также остается последним исполнителем улигеров, сохранившим старинные певческие традиции. Его пение отличается речитативностью, своеобразной напевностью, напоминающей шаманские песнопения. Во время исполнения улигера сказитель не делал продолжительных пауз, он прерывал пение на час-полтора, чтобы попить воды, покурить и т. п.

Несмотря на устоявшуюся традицию сохранения старины, некоторые сказители вводили в них новые понятия, характерные для более близкого к нашему времени. Так, Бура Варнаков вводит (единственный из всех сказителей) в улигер ламу, что совершенно не характерно для улигеров западных бурят. Это объясняется тем, что еще в дореволюционное время недалеко от родных мест улигершина был построен дацан. Хотя ламская вера не прижилась среди тамошних крестьян, лама остался в лексиконе сказителя.

Для улигеров Буры Барнакова характерна гиперболизация, что свойственно вообще эхирит-булагатским улигерам. Так, батор один уничтожает полчища недругов, едет на встречу с неприятелем несколько лет (хотя неприятелем зачастую является соседний хан), легко преодолевая самые невероятные препятствия. Герой всегда изображен с большой симпатией, образ его не только гиперболизирован, но и поэтизирован. Создателей улигеров никогда не интересовало происхождения героя, его родословная, важны лишь его человеческие качества, характер.

Поделитесь с друзьями в социальных сетях: